28
День 28-й
Христианское учение о смерти
Одна из распространенных в Церкви молитв об усопших имеет своим содержанием следующее: «Помяни́, Го́споди, ду́ши усо́пших рабо́в Твои́х, роди́телей мои́х (имена), и все́х сро́дников по пло́ти: и прости́ и́х вся́ согреше́ния во́льная и нево́льная, да́руя и́м Ца́рствие и прича́стие ве́чных Твои́х благи́х и Твоея́ безконе́чныя и блаже́нныя жи́зни наслажде́ние».
Как следует из текста молитвы, Церковь допускает христианина молиться о всех его сродниках по плоти, среди которых, понятное дело, могут быть даже лютые грешники, чьи биографии молящемуся попросту неизвестны. Заметим, что в очень широком значении слова, все люди – родственники, как произошедшие от одного «корня».
Молитвы дня
Вопрос священнику
Вопрос: Можно ли молиться об упокоении не только близких, но и малознакомых и даже незнакомых людей?
Ответ: Можно. И Церковь постоянно это делает, совершая молитвы обо всех своих членах, как живых, так и усопших. Это поминание совершается каждый раз во время Божественной литургии. Также в церковном календаре есть родительские субботы – особые дни, когда возносятся молитвы о «всех праотцах, отцах, братьях и сестрах».
Если же говорить о молитве частной, то важно понять – что побуждает к молитве о незнакомых людях? За желанием молиться «за весь мир» может стоять не только любовь, но и гордыня, желание брать на себя непосильные духовные подвиги. Поэтому важно посоветоваться со своим духовником или приходским священником.
Цитата дня
Советы психолога
От горя у человека появляется так называемое «тоннельное мышление», когда он видит все только через призму своей боли, игнорируя то, что не имеет отношения к его переживаниям. В горе сложно замечать хорошие стороны жизни.
Сильная боль от потери может вынудить вас думать, что вся жизнь полна страданиями, что земля – это и есть ад, созданный, чтобы мучить вас. Но подобные мысли – шаг в отчаяние. Они могут привести к серьезным психологическим проблемам. Отгоняйте их, не давайте им прорасти в вашем сознании.
Стихотворение дня
Ты, после дня тревоги и печали,
Даруешь мне вечернюю зарю,
Простор полей и кротость синей дали.
Я одинок и ныне — как всегда.
Но вот закат разлил свой пышный пламень,
И тает в нём Вечерняя Звезда
Дрожа насквозь, как самоцветный камень.
И счастлив я печальною судьбой,
И есть отрада сладкая в сознанье,
Что я один в безмолвном созерцанье,
Что всем я чужд и говорю — с Тобой.